В Казахстане столкнулись картины мира

В Казахстане столкнулись картины мира

Новость от: 13.01.2022 Источник: vz.ru

Казахстан – уникальный узел типичных для нашего времени противоречий. Поэтому так важно то, что происходит вокруг Казахстана в сфере идей и концепций.

В казахстанских событиях мы видим не только борьбу за власть и порядок, но и проявление различных картин мира, которые трудно согласуются друг с другом. Был такой эпизод, который мало кто заметил, но мне он показался довольно характерным именно с точки зрения конфликта представлений о мире. 8 января этого года, когда ситуация в соседней стране ещё только начала успокаиваться, десятки поэтов из разных стран бывшего СССР приняли участие в онлайн-марафоне под следующими лозунгами: «за солидарность с народом Казахстана в его борьбе с авторитаризмом и за права человека» и «против военного вмешательства других стран в политику Казахстана».

Было бы логично прежде всего возмутиться этой затеей, граничащей с кощунством: как же так, в Алма-Ате убивают и мародёрствуют, а эти люди не только противятся наведению порядка, но и спешат почитать друг другу свои тексты, подобно Нерону, красовавшемуся на фоне горящего Рима. Но можно попытаться понять картину мира, в которой подобные движения души кажутся естественными.

Эта картина мира основана на определенном представлении о норме. Ведь разве это не норма, когда граждане мирно высказывают свои претензии властям и цивилизованно влияют на будущее своей страны? И разве это не норма, когда независимое государство для решения своих внутренних вопросов не нуждается в помощи иностранных войск? В чём же тут проблема?

А проблема в том, что эта картина мира резко разошлась с наблюдаемой реальностью. Разумеется, в Казахстане, и особенно в таком городе, как Алма-Ата, есть немало людей цивилизованного, европейского склада – и казахов, и русских. И эти люди были всерьез настроены на мирный протест. У них есть своя правда, но в данном случае им не повезло. Как мы видели, мирный протест в Алма-Ате продержался считаные часы. Как только запылал акимат, всякая попытка изобразить мирный протест стала похожа на добровольное участие в живом щите в интересах погромщиков. И не стоит обвинять казахстанские власти, спецслужбы, Россию или иные, неведомые, силы в том, что они нарочно подделали реальность удобным для них образом, превратив людей в белоснежных моральных одеждах в трагикомическое явление. Реальность такова, какова она есть.

Есть другая картина мира, где доминируют такие понятия, как международные террористы, вторжение из-за рубежа, заранее подготовленные боевики, предполагаемый заговор в спецслужбах, попытка государственного переворота. Отметим, что участие в событиях исламистов, прошедших горячие точки, уже зафиксировано, да и зарубежную информационную поддержку все мы видели. Но за кадром остаются поводы для недовольства в казахстанском обществе. Люди возмутились ценами на газ – всё остальное было хорошо, не правда ли? – а враждебные силы этим воспользовались.

Фото: Камшат Абдирайым/РИА «Новости»

Ещё события в Казахстане очень по-разному выглядят с точки зрения обычных наблюдателей и с точки зрения «специалистов по региону». Конечно, нам всегда хочется выслушать прежде всего экспертов – не «диванных», а настоящих. Однако «экспертному» дискурсу, идёт ли речь о Казахстане или о любой другой стране, присуща, на мой взгляд, заметная, хотя и понятная аберрация.

В нём главное внимание уделяется тем особенностям, которые отличают данную страну, данное общество от других. Эксперт свободно оперирует местными раскладами, знает, кто есть кто, кто кому кем приходится и кто с кем связан. При этом, конечно, он скажет вам и о «жузах», ведь всем известно, что в Казахстане всё решают «жузы» – точно так же, как у чеченцев всё якобы решают тейпы, у англичан – MI5 и MI6, а у итальянцев – «коза ностра». Я никоим образом не отрицаю полезность этих конкретных знаний, однако возникающая в итоге «экспертная» картина мира оказывается слишком узкой: особенное в ней выдвигается на первый план, а общее затушевывается.

Получается, что если в данной стране имеются элементы А, B и C (влияние конкретных кланов, например), то другим странам, где эти элементы отсутствуют, можно не беспокоиться. Между тем отсутствие эффективной сменяемости власти, коррупция, неработающие социальные лифты и замедление экономического роста, не говоря уже о тяготах ковидной эпохи – это факторы, общие для ряда стран, поэтому нам важна непредвзятая информация о том, что же на самом деле произошло в Казахстане, а не версия, удобная для той или другой стороны, для той или другой политической цели.

Казахстан – в самом деле страна уникальная. Страна, сопоставимая по площади со всей европейской частью России, но очень редко и неравномерно населённая. Страна, у которой, как издавна говорили географы, «центр на периферии, а периферия в центре». Страна бесчисленного количества полезных ископаемых, что само по себе создаёт напряжённое поле конфликтующих интересов. Но вместе с тем Казахстан – средоточие современных тенденций развития человеческого общества, столь напоминающих нам известные антиутопии.

С одной стороны, это эмиратский блеск Нур-Султана – города будущего, который меняет своё имя легче, чем блогеры меняют свой ник в сети. С другой – в стране вырабатывается пятая часть мировой криптовалюты: представьте себе эти сараи, гаражи, ангары, забитые компьютерами и работающие на передовой и вместе с тем партизанский сегмент международной финансовой системы. С третьей – новое для нас явление «мамбетов», то есть людей, живущих полуживотной жизнью, отделённых от современной цивилизации, подобно уэллсовским морлокам. С четвертой – городская интеллигенция, которая по своей ментальности порой напоминает восточноевропейскую или прибалтийскую. И наши звёздные врата – Байконур. И ракетный полигон Сары-Шаган размером с Тверскую область. И вдобавок ещё загадочные американские лаборатории по изучению смертельно опасных вирусов.

Словом, перед нами уникальный узел типичных для нашего времени противоречий. Поэтому так важно то, что происходит вокруг Казахстана в сфере идей и концепций. Сегодня это одна из точек, в которых решается, сможем ли мы общими усилиями построить более-менее согласованную картину мира.