[«День сурка»] Газ в Европе будет дорогим всю зиму: сертификация затянется на четыре месяца. «Я сам расскажу вам о зиме: она будет холодной, серой и продлится до конца ваших дней»

[«День сурка»] Газ в Европе будет дорогим всю зиму: сертификация затянется на четыре месяца. «Я сам расскажу вам о зиме: она будет холодной, серой и продлится до конца ваших дней»

Новость от: 14.09.2021 Источник: news2.ru

Сегодняшний исторический рекорд на фьючерсном рынке газа в Европе ($760 за 1 тыс. кубометров) стал реакцией трейдеров на заявление немецкого регулятора о том, что рассмотрение документов на сертификацию «Северного потока — 2» займет до четырех месяцев, считают опрошенные «Газетой.Ru» аналитики. Запуск трубопровода должен стабилизировать цены и уменьшить дефицит газа на рынке ЕС, но до конца отопительного сезона — с СП-2 или без него — цены все равно будут высокими. Стоимость октябрьского фьючерса на газ по индексу TTF впервые в истории превысила $760 за тысячу кубометров на двух новостях. Снач

[«День сурка»] Газ в Европе будет дорогим всю зиму: сертификация затянется на четыре месяца. «Я сам расскажу вам о зиме: она будет холодной, серой и продлится до конца ваших дней»
news2.ru
Сегодняшний исторический рекорд на фьючерсном рынке газа в Европе ($760 за 1 тыс. кубометров) стал реакцией трейдеров на заявление немецкого регулятора о том, что рассмотрение документов на сертификацию «Северного потока — 2» займет до четырех месяцев, считают опрошенные «Газетой.Ru» аналитики. Запуск трубопровода должен стабилизировать цены и уменьшить дефицит газа на рынке ЕС, но до конца отопительного сезона — с СП-2 или без него — цены все равно будут высокими.
 
Стоимость октябрьского фьючерса на газ по индексу TTF впервые в истории превысила $760 за тысячу кубометров на двух новостях. Сначала Федеральное сетевое агентство Германии — национальный регулятор в сфере энергетики — заявило, что сертификация компании-оператора «Северного потока — 2» может занять до четырех месяцев. Как поясняют аналитики, газопровод в случае начала работы снизит или как минимум остановит рост цен, даже несмотря на небольшие объемы газа, которые по нему можно успеть прокачать до Нового года. Вместе с тем любой негатив вокруг проекта делает европейские рынки более турбулентными и подстегивает цены.
 
«Тут очень важен контекст новостей про «Северный поток — 2». Сегодняшние рекорды один за другим — прямой результат сообщения о том, что немцы будут рассматривать сертификацию четыре месяца. Оговорка, что решение может быть принято раньше, наоборот, привела бы к снижению цен», — считает эксперт Фонда национальной энергетической безопасности, старший научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ Станислав Митрахович.
 
Затем стало известно, что Украина выставила на бронирование на октябрь на треть меньше обычного объема дополнительных мощностей для прокачки газа через украинскую газотранспортную систему в Европу, что следует из данных венгерской торговой платформы RBP: 9,8 млн кубометров в сутки вместо 15 млн кубометров, которые с февраля по август полностью выкупались «Газпромом».
 
Этот фактор также усиливает опасения по поводу дефицита газа на спотовом рынке, хотя «Газпром» отмечает, что исполняет все свои контактные обязательства. Но этого недостаточно: уровень запасов в подземных газовых хранилищах (ПХГ) в Европе едва перевалил за 70%, что на 15,7 п.п. ниже среднего уровня за последние пять лет.
 
Для заполнения газовых хранилищ перед зимой (до сезона отбора газа остается чуть больше месяца) нужны дополнительные мощности.
 
Фактор «Газпрома»
 
«Влияет на цену и фактор «Газпрома», который не забронировал дополнительные мощности прокачки через Украину в сентябре в расчете на то, что [осенью] заработает «Северный поток — 2». Но, пока он не вводится в эксплуатацию, дефицит газа усугубляется», — отметил ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
 
При фиксированных поставках газа в Европу «Газпром» выигрывает от роста цен и таким образом компания компенсирует хотя бы часть убытков, поскольку она не планировала достраивать трубопровод своими силами и понесла большие расходы, объясняет исполнительный вице-президент «НьюТек Сервисез» Валерий Бессель.
 
Как отметила генеральный директор ООО «НААНС-МЕДИА», доцент кафедры международной коммерции Высшей школы корпоративного управления РАНХиГС Тамара Сафронова, традиционно основной объем поставок в Европу обеспечивает проект «Ямал-СПГ». Однако российский сжиженный газ перекупается азиатскими странами, где цены весь 2021 год еще выше.
 
«Прошлой зимой фьючерсы в Азии пробивали отметки в $1 тыс. за тыс. кубометров газа и по-прежнему держатся выше европейских, а значит, СПГ с Ямала в терминалах на Западе увидят, только когда ухудшатся условия на Северном морском пути», — добавил Юшков.
 
«Чем больше ледовая нагрузка, особенно к весне 2022 года (Восточная часть Арктики более холодная. — «Газета.Ru»), тем больше нашего СПГ будет приходить на Запад. Но там не такие объемы, чтобы обеспечить европейский газовый рынок. «Новатэк» в год производит около 19,6 млн т, чуть больше 20 млрд кубометров, то есть если вернется только СПГ с Ямала, то это тоже не очень поможет европейцам», — рассказал Игорь Юшков.
 
Разворот в сторону Азии
 
Аналитики S&P Global Platts прогнозируют высокие цены на спотовых азиатских и европейских рынках как минимум до конца отопительного сезона из-за низких запасов газа в Европе, повышения спроса в Азии и Южной Америке, а также из-за низких прогнозов по росту СПГ-поставок где-либо за пределами США.
 
Остановить рост цен может скорый запуск нового трубопровода в сочетании с умеренно холодной зимой. Но даже в этом случае цены будут держаться в коридоре $500-600 за тыс. кубометров газа до конца отопительного сезона, считает Юшков. Аналитики S&P Global Platts указывают, что корейско-японский маркер фьючерсов на январь сейчас торгуется чуть выше $500 за тыс. кубометров газа.
 
Если в Азии сократят спрос (хранилища в Японии, Тайване, Южной Корее наполнены выше трехлетних средних значений) и текущие закупки, то цена на газ может снизиться на азиатских рынках, высвободив часть поставок для ЕС. Но предсказывать динамику в АТР эксперты не берутся: Китай очень быстро наращивает текущее потребление газа из-за роста экономики и перехода с угольного топлива на газ, и вполне может абсорбировать все освобождающиеся у соседей по региону излишки, которые могли бы идти в Европу, отметил Юшков.

«Северный поток – 2» изменил географию Европы

Игорь Караулов

поэт, публицист

13 сентября 2021, 09:40

Завершение строительства газопровода «Северный поток – 2» по хорошей традиции было приурочено к юбилею. Нет, не к двадцатилетию атаки людей Бен Ладена на нью-йоркские башни-близнецы (с этим символом пусть играются новые власти в Кабуле), а к дате куда более солидной и значительной. 10 сентября 2021 года исполнилось 300 лет со дня заключения Ништадтского мира.

Этот мир не только подтвердил победу России в Северной войне и не только закрепил наши долгожданные территориальные приобретения на западе. Северная война стала первой европейской войной России – первой войной, в которой наша страна выступала не как «восточный варвар», оттесненный на край христианской ойкумены, а как европейская держава, у которой есть союзники в Европе – в частности, в Германии и Дании.

Дальнейшее продвижение империи Романовых в западном направлении привело к тому, что у России и германского государства Пруссии, а затем и единой Германии, на долгое время, до самого распада наших империй, возникла общая граница. Именно Германия в то время стала для русских «окном в Европу». Русские путешественники, отправлявшиеся посмотреть на европейские диковины или полечиться на европейских водах, попадали в первую очередь в германские земли. Русские эмигранты, такие как Герцен, на той же границе прощались с родной землей.

Общая граница – не только приглашение к дружбе, но и источник конфликтов. Поэтому не было случайностью возникновение идеи о том, что Россия должна дружить не с непосредственным соседом, а через его голову с такими державами, как Франция и Великобритания. Эта идея привела Россию в Антанту – союз, не принесший ей ни победы, ни процветания.

Отсюда альтернативная идея, связанная с теориями геополитики: дружить нам надо было именно с Германией, как «континенталам», которым в силу естественных причин противостояла британская, а позже и американская «талассократия».

Впрочем, географические реалии давно изменились, и сегодня «дружить через страну» означало бы как раз дружить с немцами, поскольку между нашими странами – русофобская Польша, балтийские лимитрофы и довольно капризная союзная Белоруссия.

Тем не менее уже первый «Северный поток», введенный в эксплуатацию десять лет назад, несколько изменил наши географические обстоятельства. Еще тогда было осознано, что общая граница России и Германии, казалось бы, ушедшая в прошлое, отчасти восстановлена, что пусть не путешественники, но по крайней мере углеводороды отныне могут попадать из одной страны в другую непосредственно, без всяких транзитных мытарств. Пуск «Северного потока – 2» закрепит эту географическую реформу; можно сказать, что на российско-германской границе появляется еще один пропускной пункт (фактически же, поскольку оба газопровода состоят из двух ниток, таких пунктов теперь будет четыре).

При этом вряд ли можно считать, что мы с Германией «дружим». Германия исправно продлевает санкции против нашей страны, а после прошлогодней провокации с Навальным наши отношения находятся примерно на том же уровне, что и отношения между СССР и ФРГ. Но подобно тому, как в то время, несмотря на идейную вражду, войны спецслужб и противодействие американского дядюшки, был реализован знаменитый проект «газ – трубы», так и теперь нашлась сила, которая, преодолев не меньшее сопротивление, смогла обеспечить завершение проекта.

Эту силу можно назвать экономическим интересом, а можно – здравым смыслом. Две наиболее перспективные в экономическом плане державы Европы объективно тянутся друг к другу, без всякого злого умысла или сговора, в силу естественного хода вещей оттесняя на периферию промежуточные государства. Разумеется, есть и в Германии силы, которые хотели бы видеть именно Россию в роли державы, вытесненной из европейских раскладов, смиренно уползающей на Восток, но как не удалось это триста лет назад, во времена Северной войны, так не удается и ныне. Объективные интересы оказываются сильнее. Историческая судьба прокладывает свой путь неизвестным науке способом.

Хотя «пестрый глобус», который мы разглядывали в школе, сегодня выглядит всё так же, мы знаем, что география на самом деле изменчива. В практическом смысле мы, конечно, можем не учитывать тектонику плит, результаты неумолимой работы которой человечество, может быть, и не увидит в течение своей жизни. Есть о чем поговорить в связи с глобальным потеплением, которое уже сегодня дает второй шанс Северному морскому пути, да и в целом оживляет международную активность вокруг Арктики, половина которой – наше достояние. Но вместе с тем и целенаправленные усилия людей и государств по изменению пространственной среды, как мы видим, способны давать плоды, несмотря на обстоятельства, предписанные им географическими картами, на принцип нерушимости границ и на сопротивление устойчивых военных блоков. Далекое становится близким, неудобное – удобным, невыгодное – выгодным. Или наоборот.

Скажем, хотела Украина изменить свое несчастное географическое положение, избавиться от российского соседа, и вот мы видим, что она уже близка к цели, потому что скоро протяженная российско-украинская граница может стать непроницаемой даже для молекул газа. Что хотели, то и получили. А Россия и Германия, работая вместе, сделали дело, сопоставимое с давнишним советским проектом поворота сибирских рек в Среднюю Азию. То же самое, только не для воды, а для газа. Текла себе газовая река по однажды предписанному ей руслу, а теперь потечет по другому маршруту, и те, кто прежде был в ее среднем течении, окажутся в низовье.

И это не единственный случай, когда на картах вроде бы всё остается как прежде, но топология земного пространства радикально меняется. Скажем, последняя война в Закавказье велась не столько за карабахские земли как таковые, сколько за Зангезурский коридор. Этот коридор должен обеспечить Турции прямой выход в Азербайджан, которого она до сих пор была предусмотрительно лишена. Эта новая ситуация позволяет туркам настойчивее предлагать свое покровительство в Средней Азии, и мы лишь через годы сможем по достоинству оценить последствия перемены судьбы одной узкой полоски земли.

Но главный локомотив пространственной революции – это, конечно, Китай. «Один пояс, один путь» начинался как инициатива возрождения Великого шелкового пути, а превратился в китайский план Маршалла для всего мира. Этот план может превратить освобожденный от американцев Афганистан из препятствия на пути мировых потоков в скоростной транспортный коридор. Этот план может превратить Нижний Новгород в пригород Москвы. Словом, текучесть наших представлений о пространстве и времени обещает сделать евразийский материк интересным и непредсказуемым местом для жизни. Поставив победную точку в истории «Северного потока – 2», Россия показала себя мощным и уверенным игроком на этом поле.